+7(904)592-79-97 mail@filippov-andrei.ru

Собор Благовещения Пресвятой Богородицы

в мужском Благовещенском монастыре города Муром

Год основания: не ранее 1553.
Адрес:
Владимирская область, Муромский район, г. Муром, ул. Красноармейская, 16

DSC01180

Завершающий этап по росписи собора закончен

Работа по росписи за 2012- 2014 год

Работа по росписи до 2012 года

Комментарии:

0 Комментариев

Первая деревянная церковь во имя Благовещения Пресвятой Богородицы была поставлена в Муроме в 1192 году благоверным князем Константином Святославичем Муромским. В ней князь похоронил своего сына Михаила, и впоследствии здесь же был похоронен он сам и его второй сын Феодор. В 1553 году на месте церкви началось строительство Благовещенского мужского монастыря – второго по древности в городе Муроме. Возведение первого собора обители связано с именем царя Иоанна IV Грозного. Именно в Муроме он останавливался во время казанского похода и здесь дал обет в случае благоприятного исхода построить каменный храм и основать монастырь «в центре города на старом городище, где была построена благоверным князем Константином деревянная церковь Благовещения» [1]. Обет свой государь выполнил, и в 1553 году летопись отмечает начало строительных работ: «…и пришед к Москве и того же году на лето прислал государь… царь в Муром каменщиков… и совершив церковь каменную Благовещение… царь прислал в Муром образы и книги и колокола и все церковное строение и присла с Резани» [2]. Строительство и украшение храма продолжалось около десяти лет.

В 1612 – 1616 году обитель сильно пострадала от пожаров, кроме того, ее разграбили поляки, однако в скором времени благосостояние монастыря восстановилось, а Благовещенская церковь, согласно описи 1637 года, «после разорения от поляков обновлена игуменом» [3]. Судя по той же Описи, в монастыре все это время существовал только один каменный храм: «…в осыпи, где был острог, монастырь мужской Благовещенский, а в нем четыре церкви: Благовещения каменная, святого Иоанна Богослова, святого Григория Богослова и надвратная во имя архидиакона Стефана – деревянные» (Опись Бориса Бартенева). Других сведений о том, как выглядел монастырский собор во имя Благовещения Пресвятой Богородицы в это время, да данный момент не найдено, а в 1664 году он был практически целиком перестроен на средства купца московской гостиной сотни Тарасия Борисовича Цветнова [4].

Архитектура собора является продолжением эпохи расцвета муромской школы церковного зодчества. Во многом она перекликается с обликом храма Святой Троицы (1642 год) в Троицком женском монастыре, расположенном неподалеку. Это неудивительно, так как строительство в обоих монастырях осуществлялось по заказу одного ктитора. Несомненно, сказалось и взаимодействие с московской архитектурой середины и второй половины XVII века. Как примеры можно упомянуть церковь Троицы в Никитниках (1628-1653 годы), придел во имя иконы Божией Матери «Неопалимая Купина» храма Рождества Пресвятой Богородицы в Путинках (1649-1653 годы) и церковь святителя Николая в Пыжах (1686 — 1695 годы) [6]. Во всех трех случаях высокий куб основного объема храма перекрыт сомкнутым сводом, который нарядно украшен двумя рядами кокошников. Третий ряд зрительно образуют кокошники в основании барабанов каждой из пяти глав. За исключением небольших деталей, рисунок кокошников всех названных церквей почти одинаков. Они имеют почти полуциркульный абрис и подчеркнуто сложный профиль. Еще одна общая деталь – свод отделяет от основного объема широкий декоративный карниз, в котором разнообразные детали декора (сухарики, зубчики, ширинки) [5] дополнены (или были когда-то дополнены) полихромными изразцами. Сам четверик Благовещенского собора украшен довольно сдержано – его делят на три части широкие лопатки невысокого рельефа.

Основным элементом скромного, в целом, декора, являются оконные наличники. Многие мотивы их рисунка заимствованы из оформления надвратного храма Казанской иконы Божией Матери Троицкого монастыря и, особенно, его колокольни. Так, боковые обрамления некоторых окон выполнены в виде цветов и балясин. Над венчающим их двойным «многослойным» карнизом возвышаются тоже знакомые нам по наличникам окон колокольни Троицкого монастыря «разорванные» фронтоны с балясиной по центру. Однако есть и своеобразные мотивы: «корона» со сложным профилем и обрамленный сухариками кокошник, в который вписана цветочная ветвь с бутоном наверху. Ее изогнутые боковые побеги завершаются распустившимися цветами.

Весьма тщательно украшены барабаны пяти глав собора. Световым является только центральный, но каждый из пяти обрамляет своеобразный «аркатурно-колончатый пояс» из тонко прорисованных балясин, соединенных дугами и небольшими фронтончиками. Над «поясом» расположен фриз из «городчатых» фигур, а над ним сильно выступающий карниз. Он не был изначально частью декора барабанов, а появился только в конце XVIII века (после пожара 1792 года луковичные главки заменили на нынешние, более прихотливой формы). Их можно было бы назвать вычурными, но, благодаря удачно найденной форме перехода от барабана к главке, они вполне органично дополнили облик собора [4]. Менее органичным был пристроенный в XIX веке придел с северной стороны, который существенно нарушил первоначальную композицию. Одной из достопримечательностей собора можно назвать его западный вход, выходящий на закрытую паперть с крыльцом. Он устроен в виде «перспективного» портала из белого камня, каждый «ярус» арок которого покрыт тончайшей резьбой в виде цветов и бусин, напоминающих обрамления оконных наличников. Опираются арки на резные балясины. Вероятно, первоначально здесь был парадный вход в собор.

Паперть, пристроенная несколько позже к собору с западной стороны, заслуживает особого упоминания. Изящно изогнутые арки (особенно необычна нижняя «ползучая» арка) на фигурных столбиках обрамляют два марша лестницы. Очень своеобразно решение крыльца: с трех сторон оно открыто, каждый его проем выполнен в форме подвесной арки с «висячей» гирькой. Углы крыльца декорированы колонками, повторяющими рисунок арочных столбов. Завершает объем крыльца многопрофильный выносной карниз. Все это сооружение увенчано тремя шатрами. Два небольших шатрика по сторонам сделаны восьмигранными, а центральный шатер (существенно большего размера) — шестнадцатигранным. Каждая грань подчеркнута гуртами. Схожие мотивы мы встречаем в решении декоративных шатров над въездными воротами храма Воскресения на Дебре в Костроме (1652 год), однако наиболее близкий аналог такой сложной конструкции мы находим в московской архитектуре – почти идентичное крыльцо пристроено к юго-западному углу храма Святой Троицы в Никитниках. Однако здесь оно примыкает к приделу, тогда как паперть Благовещенского храма соединяет собор с четырехъярусной колокольней.

Ее убранство довольно скромно, хотя и в нем заметно стремление мастеров-каменщиков, или, как их тогда называли «муролей», к украшению своих творений причудливой белокаменной резьбой. Три ее нижних яруса имеют четырехугольную форму. Четвертый — восьмигранный ярус звона относительно невелик и увенчан шатром. По обыкновению муромского зодчества, особенно нарядно украшены окна. Их резные наличники с завершениями в виде фронтонов или «лепных» кокошников перекликаются с убранством собора. Каждый ярус отделен от следующего карнизом, а третий завершен особенно пышным фризом того же рисунка, что и карниз храма. Такой прием придает единство всей композиции. Столбики арок-проемов яруса звона выполнены в виде «пучков» колонок – элемент, уже ставший любимым в московской и ярославской архитектуре. Он (в несколько усложненном виде) использован и на ярусе звона колокольни Казанского храма Троицкого монастыря. На обеих колокольнях одинаковый рисунок имеют кокошники над арками звона, и сильно выступающие окна-люкарны на гранях шатров. Входом на колокольню Благовещенского собора служит невысокое крыльцо скромной архитектуры, завершенное четырехгранным шатром.

С самого начала истории монастыря государь Иоанн IV Грозный позаботился об устройстве церковного звона при церкви. Однако ни один из колоколов XVI века не сохранился до нашего времени. Самый известный колокол монастырского подбора весил 110 пудов. Его пожертвовал князь Михаил Иванович Львов в 1692 году [4]. Судьба его неизвестна. Сейчас в подбор составляют колокола более позднего времени.